ГЛАВНАЯ   НОВОСТИ   РАСПИСАНИЕ БОГОСЛУЖЕНИЙ   ПРИХОДСКАЯ ГАЗЕТА   КОНТАКТЫ   КАРТА САЙТА

4 ноября 2014

День Казанской иконы Божией Матери, День народного единства — наш общенациональный праздник, который установлен в честь освобождения Кремля, а затем Москвы и всей России, от польской интервенции, преодоления Смуты.

Что произошло 400 лет тому назад? Произошло избавление страны, народа нашего от погибели. Мы были на волосок от исторической трагедии, от уничтожения страны, от потери ее суверенитета, от ассимиляции Православия католичеством — в общем, от национального уничтожения.

История хорошо известна. После смерти Иоанна Грозного началась череда проблем, связанных с желанием тех или иных боярских кланов добиться власти, войти во власть, — особенно после смерти Федора Ивановича, сына царя Ивана Грозного. Не буду рассказывать вам про все эти исторические перипетии — и прочитать об этом можно, да и многие из вас все это хорошо знают.

Важно другое. Что же произошло с нашим народом, что враг дошел до Москвы, не встречая практически никакого сопротивления, и вступил в Кремль? Что произошло с нашим народом, когда в Смоленск из Москвы было направлено посольство — делегация, состоящая из бояр, с просьбой к королю Сигизмунду посадить на царство в Москве его сына Владислава? Ведь инициатива-то исходила из Москвы. Конечно, военная инициатива происходила из Польши, и на русскую землю пришли польские войска, но кто их пригласил в Москву? Кто перед ними открыл этот путь? Те самые бояре, элита, которая считала, что возведение на Московский престол королевича Владислава будет неким модернизационным проектом для России. Мол, новая власть — западноевропейская, образованная; армия гораздо сильнее московской, лучше вооруженная; европейский уровень образования, культуры, а вместе с ним — и западная трактовка христианства…

Все это воспринималось многими как путь к модернизации страны. Но лучшие люди в Москве, в России понимали, что это будет не модернизация, не прогресс в государственной, общественной, экономической, военной сферах, а это будет потеря суверенитета, потеря независимости, исчезновение страны. Именно эти люди понимали, что речь идет не об улучшении жизни народа, не об укреплении государства, а о полном демонтаже государственной и народной жизни.

Как это могло произойти? Почему русские люди, бояре, вроде бы ответственные за судьбу страны, — почему они сознательно пошли на все эти поступки, которые можно квалифицировать как просто предательство? Ведь они не думали, что предают страну, Родину — они считали, что делают великое и благое дело.

Все это очень перекликается и с нашим сегодняшним днем. Многим импонирует заимствование иных образцов общественного, политического развития, отказ от своей самобытности, от своей веры, которая для тех, кто предлагает этот отказ, представляется косной, консервативной, мешающей развиваться народу и государству. Все это присутствует и сегодня. Но совершенно очевидно, что 400 лет назад нашлись люди — Патриарх Гермоген, который отказался подписать воззвание, призывающее русский народ склониться перед Владиславом; Минин и Пожарский, которые в ответ на призывы Патриарха Гермогена подняли ополчение; жители многих регионов России, поддержавшие это ополчение, — и все они понимали, что речь идет не о благе страны, а о ее погибели.

После завершения Смуты и избрания Михаила Федоровича на царство, а в особенности с приходом к власти государя Алексея Михайловича, Россия получила второе дыхание, огромное, колоссальное развитие национальной жизни, экономики, государственного строительства, освоения новых земель. Будто некая пружина, которая сдерживалась, произвела мощное движение, огромной силы толчок, и Московия превращается в великое государство от моря и до моря, от океана до океана, сохраняя свою самобытность, свою веру и одновременно развивая экономику, укрепляя политические основы жизни, содействуя общественному развитию нации.

Вот и сегодня мы должны, в первую очередь, заботиться о том, чтобы не допускать смуты в сознании, смуты в умах. Ведь и сегодня есть люди, которые, подобно некоторым московским боярам, предлагают неприемлемые рецепты для модернизации нашей жизни и для улучшения условий бытия нашего народа. Речь идет не о том, чтобы уходить в изоляцию, отказываться от опыта других, отказываться от взаимного обмена, от того чтобы быть страной открытой в экономическом, научном, культурном смысле слова. Речь идет о том, что не могут приноситься в жертву всему этому суверенитет государства, его национальное достоинство, территориальная целостность, и, что самое главное, не могут разрушаться базисные духовные и нравственные основы жизни народа. Вот тогда любое совершенствование общественных отношений, науки, искусства, образования — то, что мы сегодня называем словом «модернизация», — будет содействовать и улучшению жизни людей, и усилению основ нашего государства.

Мы должны сделать выводы из всего того, что произошло 400 лет назад, и не наступать вновь, как говорят, на те же грабли. Мы должны вдохновляться великим примером Патриарха Гермогена, Минина и Пожарского, тех мужественных защитников Родины, которые, подняв мощное народное движение, освободили страну от иноземных интервентов и заложили основы замечательного развития народной жизни и совершенствования Российского государства.

Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл

Rambler's Top100